Ваня работал с 13 лет. Сначала охранником в магазинах, позже – грузчиком. Потом ушел, потому что слишком уж маленькая была зарплата, зато нашел работу в фирме по установке металлических дверей. Радовался: «Мам, вот скоро накоплю 11 тысяч – поставим и нам новую дверь!» Со дня на день в его трудовой жизни должна была начаться новая страница – его приняли электриком во ВНИИТФ, но и бросать «дверную» подработку Иван не планировал, спрашивал маму: «Как думаешь, получится у меня на двух работах?»

Металлическую дверь Сония Гибидулловна (или Соня, как по-домашнему зовут ее родные, друзья и соседи) все-таки собирается ставить – старая совсем некудышная стала. Вот только Вани, ее любимого и любящего, заботливого сына уже нет...

А какой самостоятельный был! Иной сам даже суп себе в тарелку не нальет – ждет, когда мать за него сделает, а этот – всё сам и только сам. И стирал, и готовил, и в магазин, и по хозяйству успевал, и при всем этом учился, получил профессию. Окружающие уважали его за эту рано повзрослевшую основательность. А еще – за готовность помочь. Все знали: только попроси – и Ваня сделает всё, что сможет. Например, тяжело болеющая бабушка-соседка, когда ей стало плохо ночью, позвонила не кому-нибудь, а именно ему, Ване. И он тут же пришел, вывел ее на свежий воздух, посидел рядом – бабуле полегчало...

Своё стремление сделать добро Ваня максимально использовал и в отношениях с друзьями. «Если собирается к кому-то на день рождения, то все свои сбережения потратит, но обязательно купит хороший, дорогой подарок», - рассказывает Соня. А праздники и дружеские встречи он очень любил, еще с младших классов школы, о чем напоминают многочисленные фотографии детских лет, которые делала мама.

Как и все мальчишки, Ваня любил спорт: ходил в хоккейную секцию, потом в лыжную. «Но там всё время нужно было сдавать деньги: то на поездку на соревнования, то на форму; даже повязку с номером на грудь надо было оплачивать. Я этого не могла». Повзрослев, сын продолжил занятия спортом: бегал с ребятами до девятой и обратно, ходил в тренажерный зал клуба «Синара», качал мышцы. Ему нравилось следить за собой: всегда опрятный, аккуратный, модно одетый. «Он и мне не позволял выходить из дома абы в чем даже до ближайшего магазина», - говорит Соня.

Когда пришла повестка в армию, Ваня отнес в военкомат справки об инвалидности матери: «С кем я тебя оставлю-то, с котом одним?» Правда, потом они вместе решили, что если его заберут – ничего страшного, ведь всего на один год.

Но никаким планам не суждено было сбыться.

В субботу они собирались с друзьями на «пенную» дискотеку в клуб «Ритм», однако их туда почему-то не пустили. Тогда они пошли на дискотеку в «Юбилейный». Там встретили бывшую Ванину девушку, которая ныне являлась подругой милиционера Дёмина. Что уж между молодыми людьми там произошло, не понятно, но, как ей потом рассказали, друг Вани слегка ударил девушку по щеке. Причем у девушки даже легкого покраснения не было. Потом втроем с дискотеки они ушли по направлению к центральной площади.

Видимо, о произошедшем девушка сообщила по телефону своему другу-милиционеру, потому что вскоре к ним подъехало около десятка милицейских машин, друга Вани повалили на землю, отмутузили, а затем и его, и Ваню, застегнув на них наручники, отвезли в милицию.

Вернулся домой Ваня только под утро воскресенья. В тот день ему надо было на работу, поэтому вскоре он собрался и снова ушел. Пришел вечером, усталый, но, как обычно, стал хлопотать по хозяйству, постирал свои вещи, принял душ. Мама заметила, что был он какой-то грустный, неразговорчивый, даже есть не хотел – перекусил чаем с печеньем и всё.

Потом заснули. Ночью она встала – свет в коридоре горит, а кроссовок сына нет, видно, вышел зачем-то. Телефон его был недоступен. Кое-как дождалась утра, стала звонить в милицию, в больницу – везде отвечали, что у них сейчас пересменка, в общем, концов не найдешь.

Позже родственнице Сони удалось дозвониться в милицию – тут-то и выяснилось, что к ним поступил звонок от грибника, который нашел на берегу озера труп молодого человека. По приметам совпадает с Ваней... На опознание мать не пустили, отправили ее на такси домой – опасались за состояние ее здоровья. На опознание ходил отец и близкая родственница юноши. Немыслимо страшная весть накрыла их семью черным крылом – Ваня жестоко убит, а убийца – тот самый милиционер.

События прошедшей ночи приходится восстанавливать по крупицам. Ване ночью позвонили и предложили выйти на улицу. В соседнем доме слышали доносившийся с улицы крик, а потом – визг стартанувших на большой скорости автомобилей. Видимо, били его сначала в машине, потом в лесу у кладбища, потом увезли добивать на «Раскуриху». Милиционер Дёмин был не один, а с подельником; кроме того, не исключено, что они надели Ване наручники, ведь иначе он, высокий, спортивный, сильный, попытался бы справиться с ними.

Служебные собаки обнаружили два молотка: предполагается, что именно ими Ваню били по голове. Нашли и место, где преступники сжигали автомобильные чехлы и свою одежду, чтобы уничтожить следы кровавой расправы.

Согласно официальной версии следствия и признательным показаниям Дёмина, в деле есть второй преступник (ранее привлекавшийся к уголовной ответственности), который скрылся за пределами города, его сейчас ищут. Однако если уже известно, что преступление было совершено группой лиц, то почему уголовное дело возбудили не по части 2 статьи 105 УК РФ (убийство), а по части 1? Разница существенная: по части 1 убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, наказывается лишением свободы на срок от шести до 15 лет; а по части 2, в частности, убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, наказывается лишением свободы на срок от восьми до 20 лет, либо пожизненным лишением свободы, либо смертной казнью. Органы говорят: вот если второй будет найден, то тогда... А если его (к примеру) так и не найдут, то один из убийц отделается более мягкими санкциями?

Это был первый вопрос.

Второй состоит в том, был ли факт привода Ивана и его друга в милицию накануне? зафиксирован этот привод? Если был, то на каком основании их задержали?

Третий вопрос: если по экспертизе крови на наручниках будет установлено, что кровь на них принадлежит Ивану, то, получается, после работы, вне службы сотрудник ППС ходит с наручниками в кармане?

И четвертый вопрос, пожалуй, риторический: какие еще неприглядные факты в деятельности нашей милиции может вскрыть это убийство? Например, некоторые ребята рассказывают, что на ту же «Раскуриху» пацанов увозят и бьют через милицейские папки – чтобы больно, но без следов, а потом раздевают до плавок и уезжают. И в свете последних событий таким рассказам начинаешь верить. Ведь Дёмин размозжил Ване голову будучи трезвым, с холодным расчетом на уничтожение... Поступок, «достойный» садиста.

Меньше всего сейчас хотелось бы поднять волну ненависти к милиционерам вообще. Мы знаем, что в Снежинске много честных, добросовестных, профессиональных сотрудников, которым веришь, которых уважаешь. Не забыт и подвиг лейтенанта милиции Волкова, на примере которого воспитывается уже не одно подрастающее поколение. Но когда происходит такое зверское убийство, совершенное представителем правоохранительных органов, думается, это не случайно. Оно высветило много проблем, о которых не принято было говорить, спасая честь мундира. А ведь «звоночек» был еще прошлым летом, когда пьяный сотрудник ОВД г. Снежинска Маслов сбил на пешеходном переходе двух человек, а потом спрятался за спину своей подруги, мужественно взявшей на себя всю вину... О каком «моральном облике» такого сотрудника можно говорить?!

Да, милиция обладает механизмом самоочищения. (Так, два года назад в Снежинске осудили милиционера, который жестоко избил задержанного подростка.) Но очевидно, что этого механизма недостаточно, либо он работает неправильно. Думается, пора взглянуть на существующие проблемы по-другому. Ведь милиция – это институт, который отражает состояние всего общества.